Архив




Новости
Поиск
 
Чудеса случаются. В суде
 




Чудеса случаются. В суде.
Максим Денисов

Права потребителей - одна из священных коров современного развитого общества. Они представляют собой безусловную ценность, причем в отличие от ценностей непонятных и невостребованных, вроде свободы слова, являются близкой и понятной любому человеку. И лишь в тех случаях, когда человек сам становится продавцом или предоставителем услуги, его мнение об этих правах может несколько меняться.


Тем не менее, права эти не абсолютны и регулируются как здравым смыслом, так и законодательством. Например, как вы думаете, можно ли приобрести вещь, попользоваться ею годик-другой, а потом решить, что она не такая, как надо и потребовать с продавца сумму большую, чем та, за которую она была приобретена? Думается, не то что юрист, но и любой человек ответит: конечно, нет! Вернее, потребовать-то можно, а вот получить - никак не выйдет. Но на практике случаются даже и не такие чудеса. Можно не только получить, но и формально остаться владельцем этой вещи. Во всяком случае, в нашем любимом городе таковой прецедент имеется.
Покупка автомобиля
Сделка в феврале 2007 года состоялась вполне рядовая. Покупатель приобрел в автосалоне "Автореал" комиссионный автомобиль. Рейнджровер, 1996 года выпуска. Автомобиль "в возрасте", с пробегом более 100 000 км., с естественным износом 54 %. Продавался он за 10% от своей изначальной стоимости, более того, продавец в ходе общения с покупателем снизил запрашиваемую сумму, и в итоге покупателю машина обошлась в 400 000 рублей, что для подержанного автомобиля такого класса совсем недорого.
Автомобиль, хоть и был комиссионным, но реализовывался от имени индивидуального предпринимателя, которому принадлежит автосалон. И все дальнейшие отношения возникали между продавцом в лице автосалона и покупателем в виде частного лица.
В ходе осмотра автомобиля и тест-драйва был выявлен дефект пневмоподвески, который был устранен продавцом за свой счет у официального дилера, предоставившего гарантию сроком на 6 месяцев на произведенный ремонт. Прочие недостатки технического характера (естественно, возникшие в ходе длительной эксплуатации) были указаны в документах, переданных покупателю вместе с машиной. Покупатель взял кредит на покупку автомобиля, передал деньги продавцу, а тот передал автомобиль и документы. Сделка состоялась.
Претензии
Если по упомянутым обстоятельствам разногласий нет, то дальше начинается загадочная история. Через некоторое время покупатель обратился к продавцу с просьбой реализовать купленный автомобиль. Продавец согласился, но предлагаемые им варианты не устраивали нового владельца. И через полтора года после совершения сделки поступило требование вернуть деньги и забрать автомобиль. Причем требуемая сумма возросла на 30 000 по сравнению с покупной, ибо включала проценты по взятому покупателем кредиту и стоимость произведенного ремонта. Руководитель автосалона, изумившись, ответил отказом.
По версии покупателя и будущего истца (поскольку у автора нет оснований подозревать ее в злом умысле и недобросовестности, назовем ее вымышленной фамилией - Иванова), в ходе эксплуатации (пробег составил около 3 500 км.) ею были обнаружены недостатки, которые делают автомобиль непригодным к дальнейшему использованию. Знай она о них до покупки, она ни за что ее бы не совершила. Документы, в которых говорится об имеющихся недостатках, она, во-первых, обнаружила в салоне лишь после покупки, во-вторых, в них не указаны все неисправности, по которым она имела претензии, а в-третьих, она не обязана была разбираться в технических сложностях и ей должны были объяснить все недостатки в доступной форме.
Обнаружив неисправности, Иванова не стала сразу требовать расторжения сделки, так как находилась в доверительных отношениях с продавцом и надеялась, что тот продаст эту машину и вернет ей деньги со всеми ее дополнительными расходами.
Продавец, в свою очередь, утверждает, что обо всех недостатках Иванова была уведомлена в полном объеме. Те неисправности, которые не указаны в предоставленных ей документах, возникли после продажи и являются следствием эксплуатации автомобиля Ивановой. Никаких денег она возвращать не намерена, ибо данный Рейнджровер уже является собственностью Ивановой и к автосалону никакого отношения не имеет. В ответ на отказ Иванова пригрозила обратиться в суд, что и сделала, подав иск, в котором требовала расторжения сделки и возврата ей денег.
Страсти по экспертизе
Слово истца против слова ответчика. Свидетельские показания не могут считаться объективными. Кто может свидетельствовать о такой сделке? Лица, находящиеся со сторонами в дружеских, родственных (продавец реализовывал, добавим, автомобиль своего родственника) или в отношениях сотрудник-работодатель. Объективными они считаться не могут, и могут быть судом отведены. И здесь произошла одна из первых странностей этого дела - свидетельские показания со стороны ответчика были отведены по этим основаниям, но показания истца, к которым применимы те же основания, отведены не были.
Впрочем, они и не важны, ибо есть объективный показатель - экспертиза. Она должна была определить наличие существенных (в узлах и агрегатах) недостатков, устранение которых обошлось бы в сумму не менее 20% от рыночной стоимости автомобиля. А также определить, когда возникли выявленные неисправности. Это и должно было послужить основанием для судебного решения.
Иванова, как истец, обратилась в некую пензенскую организацию под громким названием "Научно-исследовательская лаборатория судебных экспертиз". Сразу отметим, что это громкое название в заблуждение вводить не должно. К собственно НИЛСЭ (той, что при Минюсте), эта организация имеет такое же отношение, как некая академия здоровья, торгующая пищевыми добавками, к РАН. Однако каждый может сегодня назваться как угодно, скромность законом не предписывается. Представитель указанной конторы имел квалификацию эксперта, и Иванова вполне могла к нему обратиться.
Поскольку в Пензе нет оборудования для тестирования рейнджроверов, проводить экспертизу поехали в Москву. И эксперт, и истец совместно (что, в общем-то, противоречит закону). А ответчика уже в пожарном порядке вызывали туда.
Способ проведения экспертизы и само экспертное заключение ответчика и его представителей просто поразили.
Удивило уже то, что за основу при расчете порога существенности использовались не собственные исследования, а наряд-заказа на ремонт, предоставленный истцом. Что абсолютно недопустимо - эксперт не имеет права привлекать документы со стороны, основывающиеся на заключениях третьих лиц. Но эксперту (а затем и судье) этот момент показался несущественным. Хотя между данными наряд-заказа и собственным исследованием эксперта существует значительная разница. Эксперт при расчете брал рыночную стоимость подержанной машины, с учетом износа, но детали, подлежащие, на его взгляд, замене, брал, как новые, потому что-де старые с аналогичной степенью износа найти невозможно. При этом в ряде случаев  он просто не принимал во внимание возможность ремонта той или иной детали, а считал ее подлежащей замене уже по определению. Так он посчитал требующей замены подушку безопасности из-за трещины в ее капсуле (кстати, сама истица признавала, что видела ее еще при покупке), стоимость замены - 100 000 рублей. Ответчик самостоятельно навел справки и выяснил, что это ремонтируется легко и недорого, о чем и доложил суду.
Но самое главное, что эксперт использовал при экспертной оценке лишь внешний осмотр автомобиля. Какого-либо исследования о причине образования дефектов и недостатков, характера их образования не имелось. В ряде случаев эксперт противоречил себе сам, причем по нескольку раз. Сперва он пишет общее расплывчатое утверждение о  неисправности передней правой подушки, затем уже "внешнеразличимых повреждений не имеется", далее утверждается, что причиной неисправности является естественный износ. Логики никакой не прослеживается. На вопросы в суде, на чем основывается то или иное его заключение, эксперт постоянно ссылался… на большой водительский стаж.
Главный вывод этого эксперта - все имеющиеся неисправности имелись уже при продаже автомобиля, так как если за 3 500 км. пробега они и могли образоваться, то при неких экстремальных условиях, что маловероятно.
Ответчик обратился к другому эксперту, из другой организации. Та сделала заключение, что "выводы эксперта являются необоснованными, т.к. исследование проведено неполно и не соответствует методическим требованиям". Более того, помня про принцип "слово против слова" ответчик обратился в авторитетнейший Независимый экспертно-консультационный центр "Канонъ", где эксперт, к.т.н., доцент кафедры "Автомобили" МГТУ "МАМИ" Емельянов полностью подтвердил выводы о недостоверности экспертизы.
Роль судьи
Какое решение должен принять в этом случае судья? Назначить другую экспертизу? Ничуть! Все эти авторитетные заключения просто не были приняты во внимание, поскольку те, кто их делал, сам автомобиль не видели! Ну и что ж, что экспертиза дефектная? Другой нет, значит, полностью доверяем этой! Вот такой воистину житейский здравый смысл продемонстрировал судья Ленинского районного суда г. Пензы Овчаренко. Недаром на отчаянное заявление адвокатов "вы не можете…", он отвечал спокойно и  весомо "я все могу!".
Суд в итоге встал на сторону истца и присудил ответчику выплатить полмиллиона рублей (сумму сделки, издержки, моральный ущерб и т.д.). По утверждению истца, судья предупредил, что в случае обжалования он еще дополнительным решением взыщет штраф в размере 50% от присужденной суммы в пользу государства.
Ответчик изумился, и подал в квалификационную коллегию Пензенского областного суда жалобу на угрозы со стороны судьи. Оттуда пришел ответ - факты, разумеется, не подтвердились.
И тут произошло еще одно чудо. В истце взыграла гражданская ответственность. Мне хорошо, - вероятно думала она, - но государству-то как? Ему 250 тысяч явно необходимы!
И вот судья Овчаренко выносит дополнительное решение, в связи с обращением истца (правда, заметим, ни ответчик, ни адвокаты самого этого заявления увидеть не смогли), взыскать с ответчика штраф в пользу государства. Как и было обещано! В решении особо указывалось, что наложение этого штрафа является не правом, но обязанностью судьи, в случае решения в пользу истца. Но судья, получается, поначалу об этом позабыл, и хвала истцу, воззвавшему к его долгу! Особая доблесть истца в этом случае заключается в том, что, в первую очередь, с ответчика будут взыскивать именно в пользу государства, а уж потом в пользу самого истца. Но ничего! Истина важнее.
Самое же потрясающее в решениях, принятых судьей Овчаренко то, что он формально не расторг сделку купли-продажи, а лишь обязал вернуть деньги. Таким образом, формально автомобиль по-прежнему принадлежит истцу!
Вот так, после полутора лет пользования вещью, можно стребовать с человека, ее вам продавшего, изначальную стоимость плюс 25%, да еще и оставить вещь себе. Если кто-то облизнулся на такую перспективу, то адрес поля чудес, на котором это происходит, он может найти в любом городском справочнике.

P.S. 20 апреля 2010 г. Пензенский областной суд отменил решение Ленинского районного суда г. Пензы по данному делу.









Copyright © Журнал Бизнес клуб в Пензе Все права защищены.

Опубликовано на: 2010-05-17 (617 Прочтено)

[ Вернуться назад ]
Content ©